Слева возмущённо требовали убрать чемодан. На вопрос: "Куда?" - последовал краткий, но исчерпывающий ответ, после чего чемодан убрали, предварительно саданув им Хрустофорова ниже спины. Фёдор Петрович тихо застонал и с тоской уставился в окно. Троллейбус плыл по тёмным улицам, объезжая глубокие, как метеоритные кратеры, вмятины на асфальте. - Эх, дороги! - проникновенно сказал динамик. Машина свернула мимо синевато светящихся объятых телевизионным угаром окон высотной свечки в узкий переулок и медленно поползла в гору. Под ногами Фёдора Петровича малярийным жаром пылала троллейбусная печка. Зажатый в своей пудовой дублёнке Хрустофоров, мокрый от пота, осоловелым взглядом провожал уплывающий небоскрёб. Крыша бетонного урода сияла на весь район заманчивой надписью: "ХРУСТАЛЬ, ФАРФОР, КОВРЫ, ВАЗЫ, ЯНТАРЬ ПО ЧЕКАМ ВНЕШ-ТОРГА И ЗА КОНВЕРТИРУЕМУЮ ВАЛЮТУ". Фёдор Петрович ни разу не был в этом новом филиале "Берёзки", давно уже собирался, да всё руки не доходили. Размечтался он, мысленно оглядывая роскошные товары. "Пожалуй, завтра и заеду", - думал Хрустофоров, начисто забывая "Волгу", собрание, давку и вообще все огорчения сегодняшнего сумасшедшего вечера. "Филипс"... "Топман"... "Данхилл"... "Кристиан Диор"... Водились, водились у Фёдора Петровича чеки, бывала и валюта... "Конечно, можно и наше что-нибудь взять... натуральное... на экспорт..." Здесь приятные мысли Хрустофорова были прерваны самым решительным образом. Троллейбус рванул вперед, вся сплочённая пассажирская масса в соответствии с законами физики качнулась к задней стенке, и распластанному Хрустофорову вдруг показалось, что едет он уже давно, может быть, всю жизнь. И почудилось ему, под давлением в чёрт знает сколько новомодных гектопаскалей, что добираться надо ещё на другой конец города, а там подняться на седьмой этаж, мимо неработающего уже месяц лифта, помыться после смены, если, конечно, есть вода, поужинать разогретыми пельменями... И померещилось Фёдору Петровичу, что не будет у него больше казённого (и личного!) авто, и чеков, и подписок, и любимого "Розенлева" на кухне, да и сама кухня съёжится до размеров нужного чуланчика.